Власть и люди.

Власть и люди.

Мы не спеша спускаемся по огородному уклону к остекленевшему от зноя пруду, окруженному ивами, тополями, мелкой ольхой. На низком обрывистом бережку приготовлены плахи, кругляк, толстенные доски. Поодаль плотницкий инструмент, лопата, лом. Мы забиваем в дно пруда, в метре от глинистого обрыва, ошкуренные, просмоленные бревна-одномерки. В основном кувалдой орудует Березовой. Бьет он играючи, с размаха. Мы стоим по пояс в воде. Дно вязкое, покатое. Удар, еще... Устанавливаем несколько стояков, выбираемся из теплой помутневшей воды, усаживаемся на плахи. С довольным видом рассматриваем стояки, торчащие из пруда, отдыхаем. - Люблю повозиться вот так, поплотничать, могу и столярку... Кухарить, если потребуется. Нас же тренировали, как выживать в экстремальных условиях, так наставники, инструкторы удивлялись, что я умею мастерить, поставить шалаш, определить пригодность ягод или грибов, силки поставить или еще что, - вспоминает мой напарник по стройке. Он задумчиво курит сигарету, отводя ее от меня. - Я же рано узнал цену куску хлеба. Отец на фронте, в семье сестры, мать, а я вроде бы старший, хотя по существу малыш. Все и по дому, и в огороде делал, не отказывался, подрабатывал на стороне. А дом восстанавливали! Тоже все сами. Денег не было лишних... Так всю жизнь. Вот и в отряде космонавтов интенсивнейшие нагрузки. Они ни в какое сравнение не идут с авиационными, хотя не каждый в авиации выдерживает. А в отряде только физподготовка плашмя кладет здоровенных мужиков. Система пятиборья. Да... Представь, заключительное упражнение - проплыть полкилометра... Знаешь, первое время чуть не тонули. Выкладываешься полностью. Начинаешь нервничать. Ведь тебя час за часом контролируют медики, инструкторы, тренеры, начальство... А от них напрямую зависит твоя судьба. Иногда услышишь: а что там особенного сделал? Взлетел в ракете, по-болтался в космосе, вернулся. А тут ему Звезду Героя, ордена, всякие почести. Эх! Полет - это малюсенькая вершина гигантского айсберга каторжной, ежедневной работы. Общественность знает только красивые фотографии, гладко смонтированные телесъемки... Нам запрещали говорить правду. В ходу были лишь стандартные фразы: "На борту все в порядке. Космонавты чувствуют себя хорошо, настроение хорошее..." И о моем полете точно так же сообщали, замалчивали происходящее на борту.

Вранье, упакованное в радужные обертки, загубило немало поистине великих начинаний. Что там начинаний! Показуха и ложь губила судьбы, человеческие жизни. Гибель Владимира Комарова в 1967 году, экипажа "Со-юза-11" в составе Георгия Добровольского, Владислава Волкова, Виктора Пацаева - она ведь и на совести тех, кто приурочивал запуски к юбилейным датам, заменял пропагандистской трескотней ювелирную подготовку к полетам. Во время моего полета разное происходило. Настроение ни к черту! С земли говорят: надо провести репортаж, как вы дружно работаете и живете. Слушаю, и хочется послать по-русски куда подальше всех. Работа, отношения с партнером не ладятся, недоразумения возникли, надо утрясать, а не знаешь как... Вдобавок ко всему нездоровится, температура. А сказать нельзя! Но и говорить, что на борту кипит работа, все прекрасно, не могу, душа протестует. Начинаешь спорить с Центром управления полетами, что сейчас не время для парадов. Иногда удавалось переспорить, уговорить, чтобы отложили на другой срок. Однако самое время напомнить, что со времени прихода Анатолия Березового в отряд космонавтов до полета прошло более десяти лет!

- Нервы гудели от напряжения. Наверное, где-то на грани срыва. Десять лет работаю на износ, не жалею себя, изучил всю новейшую технику, начальство в пример ставит. Толку-то? Десять лет хвалят, а летают другие. В чем причина? Я догадывался, но отгонял эту мысль. Меня избирали секретарем парторганизации, и я нередко критиковал начальство, требовал открытого решения проблем, точного выполнения инструкций, законов и предписаний, защищал ребят, если требовалось. Понятно, это не по нутру начальству. Я пришел к начальнику Центра подготовки Владимиру Александровичу Шаталову и высказал все наболевшее. Спросил: за какие такие заслуги вы меня "сушите"? Он объяснять ничего не стал. Сказал, подумаем. Я возвращаюсь домой, на душе скверно, открыл холодильник, там початая "Столичная", выпил рюмку и принялся балкон оборудовать... Ну надо чем-то заняться, мысли разогнать! А жена Лида, дети, родственники молча сочувствуют. Ведь семья со мной по общежитиям, гостиницам, военным городкам и по частным квартирам кочевала, поддерживала меня в трудный час. Многие думают, что если попал в Звездный городок, живешь, как у Христа за пазухой... Глупые, они не испытали этого "счастья"... Здесь все как всюду. Но если ты слетал удачно в космос, то верно, жизнь меняется в лучшую сторону. Это точно. Да... Через некоторое время приглашает меня начальник Центра. Предлагает длительный полет на станции "Салют-7" в качестве командира экипажа. Согласен? Конечно, согласен. Благодарю. Окрыленный, вечером мчусь домой. Пишу вам с космической орбиты "В соответствии с программой исследования космического пространства 13 мая 1982 года в 13 часов 58 минут московского времени в Советском Союзе осуществлен запуск космического корабля "Союз Т-5", пилотируемый экипажем в составе командира корабля подполковника Березового Анатолия Николаевича и бортинженера Героя Советского Союза летчика-космонавта СССР Лебедева Валентина Витальевича".

На следующий день Всесоюзное радио и Центральное телевидение прервали свои программы, чтобы передать срочное сообщение ТАСС:  "14 мая 1982 года в 15 часов 36 минут московского времени экипаж осуществил стыковку космического корабля "Союз Т-5" с орбитальной станцией "Салют-7'. Экипаж перешел в помещение станции. На околоземной орбите начал функционировать пилотируемый комплекс "Салют-7" - "Союз Т-5". Экипаж из двух человек приступил к расконсервации станции и выполнению программы полета". Жизнь на орбите не такая, как представляется на Земле, если даже ты о ней наслышан, начитан. Условия невесомости не наполняют тебя ликованием, тем паче что полет должен длиться 160 суток. Скажем, сон на орбитальной станции может доставить массу хлопот, когда из прикрепленного к стене спальника можно запросто выпасть и полетать по отсеку. Еще надо привыкнуть к вентилятору над головой, который должен подгонять кислород, потому что космонавт может задохнуться, ведь выдыхаемый воздух скапливается вокруг него. Обдувание малоприятное, однако полезное. На станции масса работающих приборов, и там нет той опасной тишины, о которой когда-то писали фантасты. Всюду действующие динамики, от которых можно запросто ошалеть. Космонавты хитрят, обкладывая их поролоном или кое-где отключая, надевают наушники, но гул агрегатов постоянен. Почистить зубы или побриться - это целая процедура. Правда, здесь имеются электробритвы, но ими стараются не пользоваться, боясь непременного раздражения кожи. Вынуждены скоблиться обычными станками. Тоже процесс не радость, но результат лучше. Мытье тоже настоящая проблема, нудная, обязательная. Хорошо, что не каждый день, а бывает и так. Ведь душевая установка подает не воду, а смесь воздуха с водой. В условиях невесомости вода прилипает к телу, а представьте собственную прическу, набитую до отказа такой водой, которая не хочет никуда падать, скатываться! Даже сантехника здесь необычная. У американцев, обожающих эти удобства, такой совершенной сантехники нет. Как нет у них и системы полной регенерации воздуха. Уникальная система. Немало подобных систем было на отечественных орбитальных станциях, чтобы жил, работал человек в экстремальных условиях космической невесомости. Не каждому дано выжить да еще и гостей встречать, привечать...

- Первая экспедиция посещения - это советско-французский экипаж. Командир Владимир Джанибеков, вы с ним знакомы, бортинженер Саша Иванченков и гражданин Франции Жан-Луи Кретьен. Я вижу по лицу, повеселевшим глазам, что встречи в космосе для моего собеседника незабываемые, волнующие. - Мы их очень ждали. Все приготовили к приему. Переживали, беспокоились, запрашивали ЦУП, как у них прошли маневры, все ли в норме. Вот уже стыковка с нашей станцией, проверяем герметичность, выравниваем давление между станцией и кораблем посещения "Союз Т-6". Пока возились, пока что, уже полночь. Небо черное и все в золотых точках. Нам разрешают открыть переходные люки. Ура! Первым вплывает Жан-Луи Кретьен, усталый, небритый, но улыбка в пол-лица! В руке букет чудесных орхидей. Букет наши жены с Земли передали,... Знаете, трудно было сдержать слезы счастья. Нас помнят, нас любят и ждут! Вторая экспедиция посещения - в составе командира Леонида Попова, бортинженера Александра Сереброва и космонавта-исследователя Светланы Савицкой. Она благополучно прибыла на орбиту и состыковалась со станцией. "Эльбрусы" уже жили на орбите четвертый месяц. Они с нетерпением ждали, когда откроется люк. Гостей встречал командир станции Березовой с телекамерой, он вел репортаж на Землю. А бортинженер Лебедев галантно преподнес Светлане прозрачную коробочку с цветами, выращенными на станции.

- Они тогда нас здорово морально поддержали. Привезли письма, видиозаписи родных. Для всех есть на земле самое дорогое - это родители, родительский дом. Нам с Валентином выпало немало трудностей, переживаний, но, думаю, нашим близким тоже... "Мамочка, милая, здравствуй! Знаешь, сам не думал, что отсюда, со станции на космической орбите, буду писать тебе письмо. Очень рад, что к нам пришли ребята, с которыми нам с Валентином Лебедевым хорошо работать и вообще жить здесь. Мама, ты только не беспокойся... Вчера смотрел Землю. Хорошо было видно Азовское море, Керченский пролив, Новороссийск, Кубанское море, водохранилище Шапсугское и то, что рядом с нами, Октябрьское, все ровное пространство от Краснодара до поселка Энем. По-моему, я даже Энем разглядел... Тебе, моя родная, все ребята нашего экипажа передают привет и пожелания здоровья и долгих лет жизни. Как жаль, что папа не дожил до моего полета. Твой Анатолий".

...Четыре смены земных времен года наблюдали "Эльбру-сы" с орбиты. Проделан громадный объем работы. Они приняли четыре транспортных корабля "Прогресс", каждый из которых в среднем доставлял по две тонны сухих грузов и топлива. Проведены астрофизические эксперименты в рентгеновском диапазоне, исследования уровня запыленности атмосферы с помощью электронного фотометра, сделаны уникальные снимки различных объектов аппаратурой "Пирадиг" и многое другое. Переданы сведения о геологических структурах Нижней Волги, Прикаспия, Сибири, где впоследствии открыли "месторождения нефти, газа, рудные залежи. Тулузский космический центр заявил о высоких результатах работы советско-французского экипажа и желании продолжить научное сотрудничество.

А еще космонавт Березовой с околоземной орбиты отслеживал состояние сельскохозяйственных площадей, разумеется в различное время года. Идея эта возникла до полета, когда однажды возник разговор с другом, директором Института мониторинга Земли Эн-вером Траховым. В институте по сей день хранится рукописное послание Березового с околоземной орбиты. Привез письмо в Краснодар Леонид Попов, командир экипажа посещения "Салюта-7". Письмо самокритичное и критическое. Оно продиктовано приобретенным опытом на орбите. Березового взволновала тема "Наблюдения из космоса в интересах сельского хозяйства". В письме конкретные предложения, идеи. - У вас программа полета рассчитывалась на 160 суток. Почему увеличили до 211? Экипаж не справлялся с научным заданием? - Это редкий случай в отечественной космонавтике. Объяснили нам тем, что мы хорошо справлялись с работой, с заданиями. Сказали, что ученые весьма довольны и хотели бы продолжить ряд исследований. На самом деле все проще пареной репы. Приближался юбилей образования Союза ССР, правителям страны требовался очередной рапорт о космическом достижении. Вел переговоры с нами Генеральный конструктор Валентин Петрович Глушко. Он и сформулировал такую задачу: продлить полет. Дал сутки на размышление и пообещал все наши пожелания учесть. Мы согласились.

А про свой полет скажу: я счастлив и горжусь! Ведь в отряде некоторые ждали старта по двадцать лет. Представьте, двадцать! Выпускали на двое-трое суток - и все! Другие же так и не дождались, ушли на пенсию. Ушли с исковерканной жизнью и душой. Они видели, как предоставлялось право полета вне графика родственникам высокого начальства, имелись и такие, кто, унижаясь, выпрашивал это право, видели и "любимчиков", которым ни в чем не отказывало руководство. Пробиться с открытым забралом к старту тяжело и опасно, знаю по себе, сколько незаживающих зарубок получаешь. Но я ни о чем не жалею, я счастлив. Это рекордный по длительности космический полет. Я не изменил своей мечте! Вот что здорово. ...Настил мостика закончили к полудню. Стук молотка весело катится по воде и теряется за старыми грузными липами, от которых ветерок доносит медовый запах. Мы берем по рубанку и сглаживаем занозистую шершавость на досках, пробуем на ощупь ладонями. Спина налилась усталостью, пот щиплет глаза... Жарко! На взгорье, где сад, вышла сестра Березового, хлопотливая и обходительная Мария, машет нам рукой, что-то кричит, но ветерок относит звук к соседскому винограднику... Анатолий Николаевич смеется и в ответ машет полотенцем. Мы складываем инструмент, оценивающе разглядываем творение своих рук, потом довольно хмыкаем: а получилось ладненько! И по тропке меж огородных грядок, где в ботве заметны бока краснеющих помидоров раннего сорта, идем вверх, след в след, держа курс на черешневый сад-Указ Президиума Верховного Совета СССР от 10.12.1982 года: "За успешное осуществление длительного космического полета на орбитальном научно-исследовательском комплексе "Салют-7" - "Союз" и проявленные при этом мужество и героизм присвоить звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали "Золотая Звезда" летчику-космонавту Березовому Анатолию Николаевичу". Когда звезды красивые В Звездном городке все всех знают. Найти квартиру Березовых, как и любого жителя, просто. Анатолий Николаевич ждал. Приветливый, шутит, стало быть, приехал я в добрый час.

Долгим был наш разговор и на этот раз. Говорили о лунной программе Советского Союза, о нынешнем между- народном проекте экспедиции на Марс. Анатолий Березовой уверен, что его ученики смогут поработать в марсианских программах. Да и наш земляк космонавт Геннадий Падалка в том возрасте, который позволяет готовиться к полету на Марс. - Вчера в школе была встреча со старшеклассниками. У ребят глаза горят! Нет, как бы трудно ни было, у нашей России прекрасное космическое будущее. Об этом говорят и крупнейшие ученые, и политики зарубежья, желая нам скорее экономическую мощь набрать после распада Союза. Вот прекрасный писатель Антуан де Сент-Экзюпери тоже говорил о щедром русском гении, способном создать изумительные воздушные корабли, чудеса техники. - Ого! У вас коллекция книг Экзюпери.

- Собираю давно. Вот последняя, свеженькая покупка... Издана хорошо! Здесь "Цитадель", письма, очерки. Чем больше перечитываешь, тем сильнее интерес! Конечно, самолеты, на которых он летал, устарели. Но философия, взгляд на жизнь удивительно современны, он пишет о том, что мучает, волнует каждого. Читаешь и делаешь для себя открытия. Прекрасный писатель! Мы завтра с Петром Николаевичем Чистяковым едем в Ульяновск, там создан клуб друзей Экзюпери. Мы будем участвовать в открытии этого клуба, это в областной библиотеке. В Ульяновске! Клуб и музей-французского летчика и писателя-гуманиста. Разве это не здорово, а?.. Завтра еду! Всё дела побоку. Слушайте, ведь он пророчески сказал еще в первой половине двадцатого века, что мы, люди, - обитатели одной планеты, пассажиры одного корабля! Он поэтически и философски воспел планету нашу Землю, а я на орбите не уставал любоваться ее красотой, ее сказочным видением. Он воспел Жизнь, гармонию, неповторимость и тайну Вселенной... Мы вышли на балкон высотки. Весенний ветерок очистил небосвод, рассеяв кудлатые облака, собиравшиеся с вечера. Нарождающийся серп луны робко выглянул, словно удивившись щедрой россыпи крупных и ясных звезд, хороводам сочных созвездий... В продолжение беседы я неожиданно вспомнил строку... - Звезды очень красивые, потому что где-то там есть цветок, хоть его и не видно... -...цветок, за который я в ответе, - отозвался хозяин и улыбнулся как-то по-мальчишески. - У нас, землян, чудесное небо! В космосе оно черное... Звезды как наклеенные золотинки. Наше - живое, дышащее, мерцающее...

Мы тихо переговариваемся... Отсюда просматриваются ночные огни засыпающего Звездного городка. Чистые и спокойные. Судя по всему, завтра будет летная погода.